— Ещё раз повторяю, чтобы ноги твоего отца не было возле моего инструмента!
Дима стоял посреди кухни, агрессивно размахивая пластиковым кейсом от дорогущей дрели. На щеках проступили красные пятна.
— Ты посмотри на это!
Он ткнул пальцем в едва заметное пятнышко строительной пыли на корпусе.
— Я за неё огромные деньги отвалил! А он берёт и пачкает!
Валя перекрыла воду в раковине. Сполоснула пальцы.
— Дима, папа брал её на два часа.
Она обтерла ладони о кухонное полотенце.
— Он тебе же на даче калитку чинил. Чтобы она не скрипела на всю округу.
— Надо было раньше думать, чем чинить!
Муж не унимался, любовно протирая рукавом пластиковый бок кейса.
— Пусть своим старьём работает! Моё есть моё! Я батрачить на чужие хотелки не нанимался.
Он убрал дрель в ящик стола и задвинул его с такой силой, что звякнули вилки.
— И чтобы больше ни одна живая душа в мои вещи не лезла. Поняла?
Валя прислонилась спиной к кухонному гарнитуру.
— Даже так. Твоё есть твоё.
— Именно!
Дима нервно дёрнул плечом.
— Вещи денег стоят. За ними уход нужен. А твой отец привык топором да кувалдой орудовать. Он же тонкой техники не чувствует. Ещё мотор мне спалит. Кто новую покупать будет?
— Зато когда папа нам картошку мешками возит, ты про тонкую технику не вспоминаешь.
Валя смотрела на мужа без злости, только с лёгкой усталостью.
— И когда машину его берешь на выходные, чтобы с мужиками на рыбалку съездить по бездорожью.
— Опять двадцать пять!
Дима отмахнулся.
— Сравнила тоже. Картошка — это еда. А машина железная, что с ней станется. Я же аккуратно езжу. Не то что некоторые с чужим имуществом.
Спорить не имело смысла. Дима всегда трясся над своими вещами так, словно они были музейными экспонатами. При этом сам охотно пользовался чужим трудом, брал овощи с огорода тестя и никогда не отказывался от помощи. Но стоило кому-то прикоснуться к его инструментам — начинался скандал вселенского масштаба.
Валя не стала продолжать. Разговоров на сегодня хватило обоим.
Ближе к обеду Валя сидела за ноутбуком, сводя квартальные отчеты. Дима устроился на диване с телефоном. Идиллия выходного дня прервалась громким рингтоном. Муж ответил, и из динамика сразу полилась сбивчивая речь Оксаны, его младшей сестры.
— Димка, выручай!
Голос золовки звучал так, словно она как минимум спасалась от пожара.
— У меня тут полный кошмар творится! Эти строители, чтоб им пусто было!
— Что стряслось?
Дима тут же принял участливый вид.
— Да ремонт же этот!
Оксана возмущалась на высоких нотах.
— Я бригаду наняла в двушку. Так эти умники заявили, что всю мебель надо срочно вывозить. Иначе, говорят, угробят всё в пыли. А куда я её дену? На улицу выставлю?
— Ну, сними склад, — резонно предложил брат.
— Я стала звонить по складам!
Золовка чуть не сорвалась на крик.
— Аренда стоит как чугунный мост! Они там совсем с ума посходили с такими ценами. Я им что, миллионерша? У меня каждый рубль на стройматериалы расписан.
Дима хмыкнул, потирая подбородок.
— Слушай, ну не паникуй. Решим вопрос. У Вальки же дедов гараж пустой стоит.
Валя оторвала взгляд от монитора. Пальцы зависли над клавиатурой.
— Тот, что кирпичный, в кооперативе, — продолжал вещать муж, не замечая взгляда жены. — Туда половина твоей квартиры влезет. Загонишь туда диваны, шкафы и коробки. Месяца на три, не больше. Ну, может, на четыре. Удобно же!
— Димка, ты гений!
Оксана заметно повеселела.
— Я тогда сегодня вечером прискочу. Вы мне покажете, как там с заездом, чтобы грузчики завтра с утра всё притащили.
— Давай, ждём.
Дима сбросил вызов и отложил телефон.
В комнате стало очень спокойно. Валя медленно закрыла крышку ноутбука.
— Ты ничего не хочешь мне сказать?
Спросила она, глядя прямо на мужа.
— А что такого?
Дима искренне не понимал сути претензий.
— Оксанке помочь надо. У человека безвыходная ситуация. Стройматериалы на подходе, рабочие простаивают. Ты же слышала, какие цены на эти склады лупят.
— Я слышала.
Ровно ответила Валя.
— Я не слышала только одного: чтобы ты спросил меня, можно ли распоряжаться моей собственностью.
— Ой, да ладно тебе начинать!
Дима закатил глаза.
— Это же кусок бетона. Он у тебя два года пустой стоит, пылится. Какая разница, постоит там мебель пару месяцев или нет? Мы же семья! Своим помогать надо.
— Он не пустой стоит.
Валя поднялась из-за стола.
— Я собиралась его сдавать. Там крыша новая, электричество проведено. За него хорошие деньги предлагают.
— Ну ты даёшь!
Возмутился муж, подскочив с дивана.
— Это же Оксанка! Родная сестра моя! Какие ещё арендаторы? Ты для сестры куска бетона пожалела? Она же не навсегда забирает! Перекантуется мебель, и всё. Что с твоим гаражом случится? Он железный! Точнее, кирпичный. Ничего ему не сделается!
— Не выйдет.
Валя развернулась и пошла на кухню.
— Я уже договорилась с человеком. Завтра он заезжает.
Дима пошел следом, на ходу пытаясь подобрать аргументы.
— Валя, ты перегибаешь палку! Позвони и отмени. Скажи, обстоятельства изменились. Оксанке нужнее.
— Нет.
Коротко отозвалась она, включая воду.
До самого вечера Дима ходил по квартире мрачнее тучи. Он демонстративно громко вздыхал, перекладывал вещи с места на место и пару раз пытался снова завести разговор о семейных ценностях и взаимовыручке. Валя молчала.
В семь часов вечера в коридоре раздался голос Оксаны. Она появилась в квартире как ураган — с порога начала рассказывать про цены на ламинат и наглость рабочих.
Яркий маникюр, волосы собраны на затылке. Оксана всегда появлялась так, будто мир должен был немедленно остановиться и решать её проблемы.
— Валька, привет!
Золовка устроилась на табурете.
— Ну что, давайте решать по гаражу. У меня грузовая газель на девять утра заказана. Дадите мне ключ сегодня, чтобы я вас завтра не дергала с утра пораньше?
Валя не спеша вытерла стол. Внутри не было ни обиды, ни удивления. Только холодный расчёт.
— Ключ я не дам.
Спокойно произнесла она.
Оксана замерла на полуслове. Улыбка исчезла с её лица.
— В смысле не дашь?
Протянула золовка, переводя взгляд с Вали на Диму.
— Вы же договорились. Димка сказал, что вопрос решен.
— Димка может решать вопросы со своим имуществом.
Валя оперлась о столешницу.
— А гараж мой. И пускать туда чужие вещи я не буду. Я сдаю его в аренду.
Оксана возмущенно выдохнула.
— Тебе жалко что ли?
Она всплеснула руками, но тут же осеклась под тяжелым взглядом невестки, сложив ладони на коленях.
— Валь, ну реально. Братик прав. Я же аккуратно сложу. Ничего твоему гаражу не сделается. Пойди навстречу. Я же не чужая. Мне платить придётся чужим людям немалые деньги!
— Моё есть моё.
Чётко, разделяя каждое слово, произнесла Валя.
Дима, стоявший у окна, побагровел.
— Чего?
— Я говорю, моё — это моё.
Повторила Валя, возвращая мужу его же утреннюю фразу.
— Я батрачить на чужие хотелки не нанималась. И бесплатным складом работать тоже не буду. Надо было раньше думать, куда мебель девать, прежде чем ремонт начинать.
Оксана ничего не понимала. Она смотрела на брата, требуя поддержки.
— Дим, она издевается? — проговорила сквозь зубы золовка.
— Валя, прекрати этот цирк! — повысил голос муж.
— При чём тут это? У Оксаны ситуация горит!
— А у моего отца калитка отваливалась, — отбрила Валя.
— Но ты из-за пылинки на дрели скандал на весь дом закатил. Инструмент — это святое. Моё есть моё, так ты сказал? Ещё мотор сгорит. Кто новую покупать будет?
Она сделала паузу, наслаждаясь произведенным эффектом.
— А мой гараж, значит, бесплатный сарай для твоей родни? Если грузчики стены обобьют или диваном ворота погнут, кто ремонтировать будет? Ты? Или, может, Оксана?
— Это другое! — выпалил Дима, краснея еще сильнее.
— Инструмент стоит деньжищи! Его сломать можно! За ним уход нужен. А гараж — это просто стены! Туда закинул диван, и пусть лежит.
— Стены, которые приносят кругленькую сумму, — припечатала Валя.
— У нас же в семье правило: никто ничьи вещи не трогает. Я просто следую твоим инструкциям, милый.
Оксана вскочила с табурета.
— Да подавись ты своим гаражом! — выпалила она на одном дыхании.
— Тоже мне, родственница! Димка, я пошла! Сама разберусь. Обойдусь без ваших подачек!
Золовка рванула в коридор, с силой втиснулась в туфли, подхватила сумку и вылетела на лестничную клетку.
Дима остался стоять посреди кухни. Он явно собирался высказать жене всё, что думает о её жадности и негостеприимстве.
— Класс, как ты всё красиво переиграла.
Ядовито бросил он.
— Оставила сестру с проблемой один на один. Довольна собой? Устроила показательное выступление из-за куска пластика.
— Отлично себя чувствую.
Безмятежно ответила Валя.
Она достала телефон из кармана.
— Ты кому звонишь? — подозрительно спросил муж.
— Арендатору. Он просил завтра договор подписать. Вот, обрадую человека, что место точно свободно.
Дима махнул рукой и ушёл в комнату. Спорить с собственными правилами оказалось слишком сложно.
Через месяц в дедовском гараже уже стояла чужая машина и лежали какие-то лодочные моторы. Деньги за аренду Валя переводила на свой отдельный счёт, ни с кем не советуясь.
Дима первое время дулся, зато свои инструменты запер в нижний ящик стола под замок. А Николай Анатольевич приехал на выходных и сам починил им текущий сифон под раковиной. Своим старым, безотказным разводным ключом.
