— Ну и устроились же вы, прямо как буржуи! Денег куры не клюют, дачный участок как дворец, пока родная кровь в нищете прозябает. Неужели совесть не грызет, когда выставляете на стол такое великолепие, зная, что сестре с ребенком и приткнуться-то негде?
Слова тети Вали упали в тарелку с праздничным тортом, словно увесистый камень. Лиза побледнела, а Егор не спеша опустил вилку.
Сегодня Лизе исполнялся тридцать один год. Они с мужем наконец-то закончили обустройство своей уютной дачи, которую приобрели прошлым летом. Мечтали о простом семейном празднике: ароматный шашлык в новой беседке, дети прыгают на батуте, покой в тени старых лип. Но у родни Аллы Васильевны, мамы Лизы, были совсем другие планы на этот вечер.
Тетя Валентина приехала не просто поздравить. Она привезла с собой дочь Светлану и внучку Алису. Светлане в тридцать пять лет приходилось работать логопедом за копейки, жить с родителями и в одиночку воспитывать ребенка от мужа, сбежавшего в столицу еще до появления девочки на свет.
— Валя, ну какие мы буржуи? — мягко попыталась утихомирить сестру Алла Васильевна. — Лиза с Егором двадцать лет ипотеку тянули, во всем себя ограничивали. Да и вы живете не в бедности: трехкомнатная квартира, машина…
— Ой, не сравнивай! — перебила Валентина. — У твоей Лизы все есть, а наша Светланка до пенсии у нас на шее просидит. Перспектив в жизни — ноль!
Праздничное настроение испарилось быстрее утреннего тумана. Валентина, не раздумывая, перешла к главному:
— В общем, мы решили покупать Светлане квартиру. Однокомнатную. Сами понимаете, банк при такой зарплате ей ничего не даст. Мы с Николаем оформляем ипотеку на себя. Но есть одна заминка…
Она выдержала паузу, обведя внимательным взглядом ухоженную территорию.
— Банку нужны гаранты. Надежные люди с идеальной кредитной историей и собственной недвижимостью. Вот мы и подумали: вы с Егором — идеальные кандидатуры. Лиза работает в банке, знает, как устроена система. Подпишете документы — и через две недели Светланка съедет от нас. Поможете родне?
У Лизы пересохло в горле. Она как никто другой понимала, чем чревато поручительство. Это не просто подпись — это долговая кабала на пятнадцать лет.
— Тетя Валя, это слишком серьезный разговор для дня рождения, — тихо ответила она. — Нам нужно все обдумать.
— А что тут думать? — Валентина с досадой хлопнула ладонью по столу. — Ответить банку нужно до понедельника. Вы же семья! Или вам жалко ставить подпись ради сестры?
Утро после «праздника» выдалось холодным. За завтраком супруги хранили молчание. Когда убрали посуду, Валентина выдвинула ультиматум:
— Ну? Подумали?
— Тетя Валя, Светлана, вы не обижайтесь, — начала Лиза, глядя сестре в глаза, — но мы не будем вашими поручителями. Это слишком большой риск.
— Вы что, нам не верите?! — Валентина вскочила. — Клянусь, каждую копейку выплатим! Моя пенсия пойдет на платежи, Коля устроится на работу…
— Ваша пенсия — десять тысяч, — жестко перебил Егор. — Ежемесячный платеж составит минимум пятнадцать. Когда дядя Коля через пару лет выйдет на пенсию, чем вы будете покрывать долг?
Банк придет к нам. Вы хотите, чтобы мы пятнадцать лет жили как на вулкане?
Светлана, молчавшая до этого момента, вдруг подняла голову:
— Мам, хватит унижаться перед ними. Тебе же ясно дали понять: нам не доверяют. Видят в нас нищих, которые хотят их обокрасть!
— Светлана, — спокойно произнес Егор, — вам не доверяет банк, так почему мы должны? У банка есть юристы и служба взыскания, а у нас — только исковерканная жизнь, если вы решите не платить. У нас свои планы: второй ребенок, образование сына. Мы не имеем права рисковать их будущим ради чужого авантюризма.
Алла Васильевна, видя, как сестра закипает от гнева, попыталась спасти положение:
— Валя, есть же другой вариант. Продайте вашу «трешку», купите себе жилье поменьше и Светлане однушку. Без долгов и поручителей.
— Что?! Из своего гнезда съезжать?! — закричала Валентина. — Ну и родственнички! Последнего пожалеют!
Гости уехали через час, вежливо, но с такой ледяной ненавистью во взглядах, что в беседке, казалось, выступил иней.
Когда машина скрылась за поворотом, Егор крепко обнял жену.
