— У нас с Игорёчком здесь, между прочим, всё общее. Так что подвинься, родственница!
Тяжёлая спортивная сумка с глухим ударом шлёпнулась на светлую плитку в коридоре. Почти сразу следом в прихожую въехал старый пластиковый чемодан на колёсиках и с противным скрежетом содрал краску с дверного косяка.
Валерия вошла так уверенно, будто вернулась в собственную квартиру. Носком босоножки она оттолкнула в сторону домашние тапочки Алины, потом стянула прилипшую к спине от одесской духоты блузку и швырнула её на деревянную лавку у входа.
Алина стояла возле комода и не произносила ни слова. В верхнем ящике лежал плотный бумажный конверт.
— Ну что, встречай гостей! — Валерия широко развела пухлые руки, явно рассчитывая, что её тут же кинутся обнимать.
Объятий не последовало. Валерия недовольно фыркнула и, тяжело шлёпая босыми ступнями по ламинату, направилась прямо на кухню.
— У вас тут жара такая, что сдохнуть можно.
— Август, — ровно ответила Алина.
— Кондиционер хоть включается? Или вы опять на всём экономите? Игорь всё время ныл, что ты со своей бережливостью ему спокойно вздохнуть не даёшь.
Ипотеку за эту просторную евродвушку у моря они с Игорем выплатили три года назад. Вернее, основную часть платежей тянула на себе Алина: премии с руководящей должности в логистической фирме уходили почти целиком в банк. Муж же то подрабатывал где придётся, то в очередной раз «искал своё предназначение». Но в документах квартира значилась имуществом, приобретённым в браке.
Валерия, старшая сестра Игоря, давно записала это жильё в бесплатную летнюю базу для всей их многочисленной шумной родни.
Алина медленно пошла за незваной гостьей.
— Я, если что, на месяц приехала, — донеслось с кухни вместе с шумом открытого крана.
Валерия жадно пила воду прямо из-под крана, подставив ладонь лодочкой. Потом провела тыльной стороной руки по мокрому лицу и размазала по щеке яркую помаду.
— Игорь сказал, ты тут одна отдыхаешь. Его на работе в отпуск не отпустили, вот я за него и отдохну. Мы же семья.
— Билеты сама брала? — Алина прислонилась плечом к косяку.
— Сама, представляешь! Цены бешеные, еле выцепила боковушки возле туалета.
— Ты одна приехала?
В голосе Алины не было удивления. Скорее, она уточняла для порядка.
— Пока одна, — охотно сообщила Валерия и тут же потянула на себя дверцу чужого холодильника так, словно имела на это полное право. — В пятницу Артём с детьми подтянется. И Кристину свою приволочёт.
Артём приходился Игорю старшим племянником. Двое его сорванцов во время прошлого приезда разнесли всё, до чего смогли дотянуться.
— У тебя здесь хоть шаром покати, — разочарованно протянула Валерия, распахнув холодильник и заглянув на полки.
На полках сиротливо лежали кусок сыра да несколько овощей, и Валерия скривилась так, будто увидела личное оскорбление.
— Мы вообще-то не так всё обсуждали.
— Интересно, а как именно вы это обсуждали? — спокойно спросила Алина.
— Как положено обсуждали! Игорь сказал, что здесь у меня будет полный пансион.
Валерия резко захлопнула холодильник.
— Так что на продуктах уж точно жаться не будем. Готовить будешь ты, я в отпуск приехала, а не у плиты дежурить.
— Вот оно как, — протянула Алина.
— А что не так? Море, солнце, отдых. Я сюда не борщи варить приехала. У вас хоть мясо приличное купить можно?
— Можно. На рынке.
— Прекрасно. Значит, завтра утром сходишь. Мальчишкам нужно нормально есть, они растущие.
Алина сложила руки на груди.
Удивляться, впрочем, было нечему. Игорь всегда пасовал перед старшей сестрой, если та начинала давить. Ему было куда легче пообещать заочно чужие силы, чужие запасы и чужое терпение, чем потом полчаса слушать её возмущённые вопли в трубку.
Валерия тем временем уже прошла дальше по коридору.
— А полотенца у тебя где приличные? — донёсся её голос из ванной.
Алина без спешки подошла к дверному проёму.
Валерия стояла возле умывальника и совершенно бесцеремонно выдавливала себе на ладони дорогой крем из стеклянной баночки.
— Валерия, это крем для лица.
— Ой, какая разница? У меня после дороги руки пересохли.
Она растёрла плотный крем по кистям и запястьям, будто так и надо.
— Я спрашиваю, полотенца где? Только не эти твои наждачные, которыми кожу содрать можно. Достань нормальные, махровые. Штуки четыре сразу, нам же на пляж ходить надо.
— Может, ещё что-нибудь вынести? — ровным голосом уточнила Алина.
Сказано это было так бесстрастно, словно она зачитывала сводку погоды. Но Валерия то ли не заметила насмешки, то ли предпочла не заметить.
— Большую комнату мне освободи, — распорядилась она и, не дожидаясь ответа, вышла из ванной прямо к спальне.
Заглянув внутрь, Валерия окинула взглядом широкую кровать и довольно прищурилась.
— Тут балкон удобный, буду вещи сушить. И детям пространство нужно, пусть носятся. А ты в маленькой комнате перекантуешься. Тебе одной много места зачем?
— В маленькой — это в кабинете? — уточнила Алина.
— Ну да. Там же диванчик стоит, я помню. Разложишь как-нибудь.
Валерия провела пальцем по полке трюмо, будто проверяла, насколько хорошо хозяйка убирается.
— И все эти свои пузырьки да баночки убери куда-нибудь.
— Для чего?
— Кристина приедет, ей место понадобится. Она у нас любительница наряжаться, косметики с собой вечно два баула тащит.
За распахнутым окном однообразно жужжала соседская газонокосилка. Алина молча смотрела на женщину, которая так уверенно командовала в чужом доме, словно получила его вместе с ключами по выигрышному билету.
— И постельное бельё приготовь, — продолжала Валерия, уперев ладони в бока. — Только не эти твои серые простыни, которые ты почему-то обожаешь.
— Это не серые простыни. Это сатин.
— Да мне всё равно, как оно называется. Дай мне другой комплект, нормальный.
— Цветной какой-нибудь, праздничный. Я, между прочим, отдыхать приехала, а не на твоём унылом сатине лежать.
Алина медленно опустила руки вдоль тела.Чемоданы и дорожные сумки
— Комплекта не будет, Валерия.
Тишина в спальне стала такой плотной, будто кто-то разом выключил все звуки за окном.
Валерия прищурилась. Секунду она всматривалась в лицо Алины, словно пыталась определить, та действительно говорит серьёзно или просто перегрелась на этой жаре.
— Это ещё что значит — не будет?
— Именно то и значит.
Золовка сделала шаг вперёд. Её крупная фигура нависла над Алиной, как грозовая туча.
— Ты что себе придумала, принцесса на горошине? Игорь мне всё разрешил. Не забывайся, дорогуша: это квартира моего брата.
— Правда?
— У вас тут всё совместное, так что не строй из себя хозяйку. Ключи он мне сам дал, лично в руки!
— Ключи Игорь мог выдать от своей машины, — спокойно ответила Алина. — Или, например, от шкафчика в спортзале.
— Ты сейчас что несёшь?
— А к этой квартире он отношения уже не имеет.
Алина развернулась, вышла в коридор, подошла к тумбе и выдвинула верхний ящик. Оттуда она достала тот самый плотный конверт, который всё это время лежал наготове.
Валерия презрительно скривила губы.
— Решила бумажками передо мной потрясти? Можешь не стараться. На твои бумажки мне плевать.
— Напрасно. Там довольно занимательная информация.
— Я сейчас Игорю позвоню, и он быстро поставит тебя на место! Ишь, распоряжаться чужим добром вздумала!
Алина вынула из конверта сложенный лист с печатью.
— Свежая выписка из Государственного реестра, — произнесла она и развернула документ перед самым лицом раскрасневшейся Валерии. — Собственник квартиры — Нина Сергеевна.
— Какая ещё Нина?
— Моя мама. Уже полтора месяца.
Валерия невольно опустила взгляд на официальный текст, подписи и печати.
— Что это за липа? Врёшь!
Она резко дёрнулась, пытаясь выхватить лист, но Алина без суеты отступила назад.
— Квартира покупалась в браке! — сорвалась на крик Валерия. — Игорь никогда бы не отдал свою долю! Он не дурак!
— Игорь у нотариуса сам подписал согласие на дарение, — Алина аккуратно сложила документ и убрала его обратно в конверт. — Подписал без лишних разговоров. Даже рука не дрогнула.
— С какой это радости?!
— После того как моя мама закрыла его долги.
Валерия часто заморгала.
Яркая помада на её губах вдруг стала выглядеть нелепым пятном на побледневшем лице. Вся её самоуверенность, ещё минуту назад такая громкая и тяжёлая, начала осыпаться, как старая побелка со стены.
— Какие долги? — выдавила она.
Было видно: она действительно ничего не знала. Игорь тщательно прятал свой позор от любимой старшей сестры, перед которой годами изображал успешного, надёжного мужчину и добытчика.
— Самые обычные. Микрозаймы, — Алина не стала смягчать удар. — Только сумма там набежала очень серьёзная.
— Не мог он…
— Мог. Хотел быстро разбогатеть: то ли на криптовалюте, то ли на ставках. Я уже не разбиралась в этих фантазиях.
Алина задвинула ящик тумбы.
— Главное не в том, на чём именно он прогорел, а в том, чем всё это закончилось.
— Тем, что кредиторы очень быстро нашли мой рабочий номер и принялись терроризировать меня звонками, — спокойно договорила Алина. — А потом уже намекали, что приедут сюда, к вам, и заберут бытовую технику в счёт долга. Телевизоры, например.
Валерия побледнела. Дыхание у неё сбилось, будто в комнате внезапно стало нечем дышать.Словари и энциклопедии
— И надо же было так совпасть, — Алина говорила ровно, без жалости, — что денег, которые мама получила после продажи дачи, как раз хватило, чтобы вытащить твоего брата из этой ямы. Без суда, без скандала, без позора на весь район.
— Игорь… отдал жильё? — растерянно выдавила Валерия.
— Не жильё. Он отказался от своей доли. Взамен на то, что его долги закрыли. Всё оформлено официально: нотариус, согласие, договор дарения, регистрация права собственности. Ни одной серой схемы.
Валерия обернулась к своей спортивной сумке, словно только теперь поняла, что стоит посреди квартиры, которая ей вообще не принадлежит.
— Я сейчас ему наберу! — она судорожно сунула руку в боковой карман, выискивая телефон. — Он бы мне такое сказал!
— Набирай, — без малейшего сопротивления кивнула Алина. — Только разговаривать будешь уже за дверью.
Она подняла смартфон и демонстративно посмотрела на время.
— У тебя десять минут. Собираешь вещи и освобождаешь чужую квартиру.
Валерия застыла, сжимая мобильный в пальцах.
— А если нет, я вызываю полицию, — добавила Алина уже жёстче.
— Ты не посмеешь!
— Очень даже посмею. Заявление о незаконном проникновении посторонних лиц составляется быстро. У меня генеральная доверенность от мамы. Здесь я представляю интересы собственника на законных основаниях.
Алина сделала к ней шаг.
— А ты, Валерия, в этой квартире никто.
— Да вы… да ты!.. — золовка сорвалась на пронзительный крик. — Решили провернуть всё за спиной! Брата облапошили, пока он в долгах захлёбывался!
Но телефон к уху она так и не поднесла.
Похоже, до Валерии наконец дошло: Игорь не ответит. Он никогда не умел выдерживать прямые столкновения. Прятался, уходил от разговоров, перекладывал неприятное на других. И то, что он молча сунул сестре ключи, не объяснил настоящего положения дел и отправил её прямо в скандал, было на него очень похоже.
— Девять минут, Валерия.
Алина распахнула входную дверь.
Золовка дёрнула молнию сумки так резко, что та жалобно хрустнула. Потом подхватила потёртый чемодан за пластиковую ручку и протиснулась на лестничную площадку, старательно избегая взгляда бывшей невестки.
— Я маме всё расскажу! — выкрикнула она уже из подъезда.
— Конечно. Обязательно расскажи.
— Больше нашей ноги в вашей конуре не будет! Захлебнитесь своими квадратными метрами!
— Вот за это отдельное спасибо.
Алина без спешки закрыла дверь. Повернула ключ два раза. Опустила задвижку.
Звонить она не стала ни мужу-трусу, который сейчас, скорее всего, отсиживался на заводе, ни разъярённой свекрови. Смысла в этих разговорах больше не оставалось.
Хозяйка квартиры прошла на кухню и спокойно заварила себе свежий кофе.
Потом вернулась в большую спальню, ту самую, которую Валерия уже мысленно присвоила, и вышла на балкон. Ещё несколько минут назад золовка собиралась развешивать здесь своё пёстрое бельё.
А впереди у Алины был целый месяц законного отдыха. Тихого. Спокойного. Без нахальных родственников, чужих порядков и чужих кредитов.
